Межнациональные отношения в России: атмосфера недоверия

Причины обострения

Существующая сегодня в России межнациональная нетерпимость, подтверждаемая многочисленными опросами общественного мнения и массовыми беспорядками на площадях российских мегаполисов, возникла не от того, что кто-то «вдруг» решил переехать к кому-то «в гости» и невзлюбить его.

Сегодняшняя нетерпимость — результат интеграции и дезинтеграции многонациональной Империи — сначала Российской Империи, потом – Советского Союза, которая долгое время была «единым организмом» включившим и сделавшим частью себя «национальные окраины».

Возникшие конфликты метрополии с «пассионарными окраинами», происходят в условиях системного кризиса вызванного, развалом СССР, исторического и современного «военного наследия» региона (кавказских войн и депортаций), и наступившего сегодня, в постсоветской капиталистической России кризиса наднациональной интегрирующей идеологии.

Империя испытывает тотальный дефицит «центростремительных ресурсов»: объединяющей наднациональной идеи, социального благополучия для простого человека, демографической и организационной силы, способной настоять на своем. Да и сама власть, при всей своей «антизападной» риторике стремится стать частью «запада» на более-менее приемлемых для себя условиях.

Данный процесс усугубляется тем, что происходит на фоне «нравственного упадка» метрополии, религиозного подъема «окраин», и сильнейшего демографического спада метрополии — еще относительно недавно самой осуществляющей демографическую экспансию в окраины и за пределы империи.

«Центростремительный ресурс» империи значительно ослаб, и не несет в себе долгосрочного проекта модернизации и построения социального общества, как это было, например, при строительстве СССР. Интеллигенция «национальных окраин» не зачитывается тиражируемыми центральной печатью художественными идеалами. Вместо приезжающих работать в «окраину» русских специалистов пополняющих местные кадры, «окраина» сама массово устремилась в российские города, и видит там серьезные проблемы с алкоголем и наркозависимостью. Что может предложить «центр» окраине? Религиозному человеку – адепту традиционного общества — телевидение подобное «ТНТ» с его бесконечными «звездами» и шутками «ниже пояса»?

Последствия войн и разный взгляд на приемлемый уклад общественной жизни – приводит к конфликту между людьми «окраин» и «центра». Конфликт, который в условиях коррумпированной правоохранительной системы и постоянного подогрева ситуации с разных сторон – приобретает форму острой межнациональной нетерпимости, которая, в свою очередь, выливается на улицы городов, в университеты, дворы, метро, и потоки ненависти в социальных сетях интернета.

В результате – для значительной части населения «национальных окраин» метрополия — это возможность заработать (зачастую вынужденная), четко осознавая, что едешь в недружественную среду, понимая, что ты должен оставаться «не таким как они». И наоборот, значительная часть населения метрополии воспринимает «понаехавших инородцев» как людей, которые приехали «урвать» и «показать себя».

Что предпринимает «центральная власть» для интеграции разных народов, разных культур?

С одной стороны власть пытается материально заинтересовать правящие элиты национальных регионов – чтобы, создать бизнес-интересы, по крайней мере, заинтересовать их в сохранении стабильности своего материального благополучия и властных полномочий.

С другой стороны власть – поддерживает в СМИ образ преступника «уроженца юга» — Кавказа, Средней Азии и т.д. В этой пропаганде нетрудно убедиться — достаточно посмотреть на манипуляцию статистикой МВД из уст высокопоставленных чиновников с их «70% преступлений совершаемых приезжими», подборку преступлений и типажей в телепередачах типа «дорожный патруль», либо задаться вопросом – давно ли вы видели положительный образ «кавказского мужчины» в современном российском кино.

С одной стороны власть привлекает в метрополию трудовые ресурсы – с национальных окраин России и стран «ближнего зарубежья» — некогда являющихся единым государственным организмом, используя для этого целые официальные программы зарегистрированные на местах, и весьма убедительно приглашающих людей переезжать в Россию – работать и становиться ее гражданами, пополняя нарушенный демографический баланс России.

С другой стороны – в потоке «животрепещущих» национальных тем на российском телевидении можно услышать все что угодно: и про «преступления понаехавших» и про «нелегальных мигрантов» «отнимающих наш хлеб», но очень трудно услышать о том, что еще относительно недавно Российская Империя сама проводила демографическую экспансию, о том, что Россия заинтересована в демографическом ресурсе, о том, что сегодняшняя «миграционная ситуация» — есть результат создания этого единого организма еще в недавнем прошлом — с единой экономикой и языком. И сейчас находится не то в состоянии «неудачи», не то в состоянии передышки перед новой попыткой создания общего пространства (например, названного «евразийским союзом»).

С одной стороны власть осознанно привлекает студентов из «конфликтных регионов» для учебы в другие города России – чтобы снять напряжение в регионах, чтобы постепенно вовлечь этих взрослеющих молодых людей в образ жизни мегаполисов, частично ассимилировать их в российской культуре, и в дальнейшем пополнить ряды «обычных граждан России».

С другой стороны, понимая, что приток «пассионарной молодежи» влечет за собой межнациональную напряженность, власть весьма лояльно смотрит на формирование и деятельность многочисленных организаций нацистского толка, которые при помощи «ассиметричных ударов» по «инородцам» (как правило, простым случайным прохожим) оказывают давление на «лиц понаехавшей национальности».

С одной стороны власть снимает фильмы о «дикой дивизии» и об общем празднике «День Победы», повествующие об общем историческом прошлом и отечественной войне с общим врагом всех народов российской и советской империи.

С другой стороны – руководствуясь американским опытом, запускает разного рода молодежные медиа-проекты на «развлекательных каналах», в которые вовлекает представителей «кавказцев», и в рамках этих проектов пытается корректировать их имиджевые и поведенческие стереотипы.

Можно и дальше продолжать этот перечень «разных сторон одного процесса».

Какой результат?

В результате такой стратегии и «инородцы» — граждане и не граждане России, особенно если они не родственники высокопоставленных чиновников, чувствуют на себе постоянное давление со стороны государственного аппарата (проверки документов, «подбрасывание патронов», особое негативное к себе отношение), чувствуют как их загоняют в определенные «имиджевые ниши» (преступника, априори виноватого).

И, в свою очередь, население метрополии, привыкшее к иному укладу жизни, и ожидающее что правительство «приструнит инородцев», и заставит их «жить по нашим законам», — возмущено, как ему кажется бездействием «не своего правительства».

Врядли население метрополии счастливо наблюдать, как центральная власть, столкнувшись с демографическим потенциалом кавказских народов, вынуждена его «оттягивать на себя» в «центр», не имея иных «центростремительных ресурсов», усугубляя межнациональную напряженность. Причем попытка ассимиляции «кавказцев» в образе жизни мегаполисов и вовлечением их во всякого рода «корректирующие» медиа-проекты не успевает за их «свежим демографическим притоком», поддерживающим «стержень» в среде частично ассимилированных соотчесвенников прибывших ранее.

И врядли сами «кавказцы» заинтересованы в том, чтобы вместо создания рабочих мест «у себя», иметь постоянный отток своего молодого населения из традиционных регионов в среду с иным общественным укладом.

В итоге, — и те и другие считают государственную политику по отношению к себе не дружественной, а то и вовсе враждебной, не доверяют государству, в котором живут, и полагаются на свои силы.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *